«Мы дом строить заканчивали. А тут такое»
Фото: Юлия Корчагина

Фото: Юлия Корчагина

Корреспондент «Русской планеты» побывала в лагере, куда прибыли беженцы из юго-восточных районов Украины

Дом отдыха «Дмитриадоский», расположенный в 15 км от Таганрога — одно из главных на сегодняшний день мест, куда приезжают граждане юго-востока Украины, спасаясь от разрухи и войны. Корреспондент «Русской планеты» отправилась в лагерь беженцев, чтобы узнать, как их приняла Ростовская область.

С центрального рынка Таганрога до поселка Дмитриадовка ходит автобус. В нем жарко, тесно и многолюдно.

– Останавливается ли у Дмитриадовки? — спрашиваю водителя.

– Да, конечно, прямо у лагеря, — отвечает мне сидящая рядом загорелая пожилая женщина. На вид ей больше шестидесяти. — Я вам покажу, а то вы, наверное, еще не знаете этих мест, — с сочувствием продолжает она. — Вы из Славянска небось, от войны сбежали?

Я молчу, думая, что ответить. Расценивая это как положительный ответ, женщина продолжает:

– А что же вчера на концерт никто из вас не пришел, такой концерт вам устроили! Детки так старались, плясали, а вы даже не пришли! Нехорошо! Ребятки на вас обиделись, они и поделки вам приготовили.

Автобус останавливается. Оказывается, что дом отдыха находится прямо в поселке. Мимо меня проезжают легковые машины, набитые под завязку вещами. Люди привозят сюда что могут: некоторые отдают свою ненужную одежду, другие покупают новое.

«Не беженцы мы!»

Люди с Украины приезжают сюда в основном не на автобусах, а на машинах. Маленькими группами, чаще всего — семьями, появляются они на территории лагеря. Их сразу же отправляют на консультацию к администрации. В доме с надписью «Дружба» стоят шесть столов, за которыми сидят работники и отвечают на всевозможные вопросы беженцев.

– Мы вчера приехали из Славянска, — говорит Олег, загорелый плечистый мужчина в шортах. — Только сейчас пришли в лагерь, поэтому еще пока ничего не знаем.

– Расселить, нас может быть, и расселят, но вот статус беженца не дадут, — перебивает его жена, высокая полная брюнетка. — Не беженцы мы! — голос девушки становится разраженным. — Нам сказали: «сидите, ждите, но вряд ли что-то будет, так как официально боевые действия не ведутся». Прекрасно! Стреляют, но войны нет.

Семья Олега приехала сюда в полном составе: он, его жена, мама и двое детей, которые, пока я разговаривала с родителями, играли на площадке. Еще немного постояв у здания администрации, Олег с женой и волонтером направляются в свои комнаты размещаться и обживаться. Бабушка остается приглядывать за детьми, которых сразу же зовут обедать. Те нехотя идут.

«Нам ни к чему, а людям пригодится»

На площадке много детей разного возраста. По периметру у скамеек, где сидят родители, разбросаны игрушки.

– А нам на завтрак давали компот, — говорит мне мальчик Саша лет шести на вид, забирая из-под скамейки, на которой я сижу, большой мяч.

– Вас здесь хорошо кормят? — интересуюсь я.

– Да, — кивает он, — лучше, чем в прошлом году, когда мы с мамой ездили в санаторий, — оборачивается на шум разбирающих новые игрушки детей и убегает.

Детский смех и разговоры прерывает командный женский голос из репродуктора:

– Просим четырех волонтеров — лучше мальчиков — подойти к зданию администрации.

Волонтеры понадобились для разгрузки автомобилей — в очередной раз они привезли предметы первой необходимости и одежду. В течение часа в лагерь прибывает примерно пять машин с гуманитарной помощью.

– Я услышала том, что здесь поселили беженцев, и решила им помочь, — говорит жительница Таганрога Елена. — Многие из моих друзей еще должны приехать на днях, как будет время. Я привезла вещи: кое-что собрала дома, а что-то купила в магазине: надеюсь, это как-то поможет.

– Мы тоже решили приехать своим ходом, — добавляет инженер из Ростова-на-Дону Сергей, помогающий волонтерам в разгрузке автомобилей. — Собрались в выходной день и привезли все, что у нас хранилось. Нам ни к чему, а людям пригодится.

– Я приехал помочь, — объясняет мне загорелый мужчина в полосатой футболке, — это же соседи наши, я сам из Таганрога, а дело обязательно здесь найдется, руки всегда нужны.

«Вернемся домой, там будет работа»

Территория у «Дмитриадовского» довольно большая: несколько спортивных и детских площадок, домики в один и два этажа. Также есть одна пятиэтажка, парк и пляж.

– Нас хорошо поселили, — говорит Наталья, девушка в легком платье, приехавшая из Славянска. — Я с сыном приехала сюда второго числа. Мы собирались за двадцать минут по звонку, побросали все, что было, схватили несколько сумок, сели в «Газель» и поехали. У нас две комнаты, живем мы там со своими друзьями — подруга забрала двух своих детей и племянников и приехала сюда. В Славянске у нас остались все самые близкие: и муж, и родители — у них там работа. А у нас здесь все отлично: нам дали электрический чайник, детям — сладости. В доме есть горячая вода и все условия. Кормят отлично. Мы живем и ждем, когда все кончится.

Женщина отвлекается на сына, которому на детской площадке попали баскетбольным мячом в лицо, успокаивает его.

– К нам вчера приезжали из местного центра занятости, спрашивали, хотят ли наши дети учиться, а мы — работать. — Наталья возвращается к разговору, когда сын снова уходит играть. — Мы заполнили анкеты.

– Вы хотите здесь работать?

– Ну, если ничего не получится, если не пройдет, то нужно будет работать. Правда, я надеюсь, что все успокоится, и мы вернемся. Я не знаю даже, где здесь найти работу. У меня не одно образование и хочется работать по профессии.

Неожиданно к разговору подключается Оксана — соседка по комнате, брюнетка в закатанных по колено спортивных штанах и синей майке:

– Не переживай, Наташа, может быть даст Бог, вернемся домой, там будет работа. Мне говорили, что из технического колледжа многие ушли. Мы не хотели уезжать, — обращается ко мне, — у нас там хорошо. И муж у меня там и родители в Славянске. Мы дом строить заканчивали. А тут такое, — плачет, не договаривая, и уходит.

Возле одного из домиков толпятся подростки. На экскурсию их записывает волонтер.

– Так, кто еще, кто еще хочет поехать? — спрашивает девушка, тут же переключаясь на другую тему. — Марина, тебе подошли тапки? — девочка кивает головой. — Прекрасно!

– А можем мы выйти за пределы лагеря? — спрашивает один из подростков.

– Нет, на это нужно разрешение от администрации. Пока вы находитесь на территории лагеря, на нас лежит ответственность. Вы можете выйти только с разрешением и массово.

«Мы приехали сюда, будто на курорт»

Наступает тихий час. Некоторые отправляются на пляж, другие, спасаясь от жары, уходят спать или укладывать своих маленьких детей. В лагере спокойно и тихо.

– Мы приехали сюда, будто на курорт, — говорит, улыбаясь, житель Донецка Сергей. — Здесь все остановилось, не знаешь, в каком городе находишься. Дети, природа, море — будто выбрался в отпуск с семьей. Сначала это хорошо, но потом начинает угнетать. Мужчины же приехали в основном из-за детей и жен. Многие просто отправили их сюда, чтобы не волноваться. Просто уже хочется, чтобы все кончилось, и мы вернулись домой.

– Не хотите остаться здесь?

– Зачем? — удивляется мужчина, — я хочу домой. Там у меня все, что мне дорого. Среди нас вообще мало кто хочет остаться. Всех тянет домой, я, конечно, не беру тех, кто приехал, чтобы ему просто «помогли и пожалели». Я говорю о нормальных людях. Пусть все закончится, а мы вернемся и будем уже разбираться.

За спиной у Сергея собирается очередь в десять человек — выдают ростовские сим-карты. Постепенно очередь разрастается, женщины в платьях и шортах отдают свои паспорта, чтобы получить заветную вещь.

– Теперь, наконец, сможем позвонить домой! — радуется одна из женщин в толпе.

«Куда делись вещи?»

– У нас все хорошо. Я в порядке, здорова, ем, сплю. Не переживай, — девушка стоит перед входом в небольшой парк и успокаивает кого-то по телефону.

На берегу Азовского моря ни души. Тишину нарушает маленькая девочка.

– Море, море, море! — кричит и бежит на пляж. В руках у нее полиэтиленовый пакет. За ней идут подростки с коляской и две женщины, также с детьми.

– Не снимайте нас, пожалуйста, — просят они меня, закрывая лицо руками, когда я хочу их сфотографировать. — Мы попросили уже всех об этом. Мы уже не знаем, куда деться от этих камер. Мы просто прячемся здесь. Нас мужья специально отправили сюда. Если кто-то живет или приехал из-за того, что боится или негде жить, то мы спасаемся.

На пляже пустынно и жарко, в песке под грибками играют три группы детей. По направлению к пляжу движется девушка с недовольным видом.

– Марина, представляешь, — обращается она к одной из женщин. — Сейчас раздавали вещи, а их уже не осталось. Куда делись вещи? Одна женщина с ребенком ходила, говорит, уже ничего нет, — быстро собравшись, они куда-то уходят.

Минут через десять женщины, уже собравшиеся уходить, встречают двух своих знакомых на выходе из пляжа:

– Вы не знаете, что там с одеждой? — спрашивает одна из них. — А то у меня вон у обоих колгот нет, — показывает на детей. Да и тапки уже порвались, получить хоть что-то нужно.

– Сказали, что всю одежду уже разобрали те, что с Луганской, — отвечает женщина с коляской.

– Да, там у входа большое здание, — говорит брюнетка. — Туда, я видела, таскали большие клетчатые клеенчатые сумки. Одежды много. Даже хотели сортировать: отделять новую от старой.

– Я тут своей босоножки купила в Таганроге на свои, — вмешивается четвертая, кудрявая женщина с каштановыми волосами. — Они стали тереть, обещали поменять, и ничего. Конечно, здесь кто увидел, тот и съел. Есть такие, кто одежды себе много набирает и пособие вечно ждет. На них посмотреть страшно, работать не привыкли.

– В общем, ждем до вечера, — заключает брюнетка. — И потом говорим, что нам нужна одежда для детей.

Полдник. Из столовой все выносят сок, печенье и клубнику. Обрадованные дети едят ее, не помыв. В доме напротив шумно: там раздают одежду и пытаются сделать так, чтобы хватило всем. С одеждой для самых маленьких подъезжает машина, из нее выходит хорошо одетая девушка, и, открывая багажник, начинает раздавать вещи, что-то объясняя. Мимо проходят волонтеры с клубникой и соком.

– Зачем вы здесь? — спрашиваю я у ребят.

– Я просто так, мама отправила, — отвечает парень. — Я сам из Таганрога, вот теперь помогаю.

– А я решила помочь самостоятельно, - отвечает девушка.

По дороге от столовой к администрации идет светловолосый мальчик с бабушкой, одетой в ситцевое цветное платье.

– Бабушка, а где скорые? — спрашивает он у нее.

– Их нет, — удивленно отзывается бабушка.— Их нет, мой дорогой.

– А почему? Я хотел их посчитать.

– Их не будет, уже все, мой хороший. Взрывов тоже не будет.

– Смотри! — радостно кричит мальчик, показывая на карету скорой помощи. — Я нашел! Одна.

На площади возле администрации потихоньку собираются люди на экскурсию в село Новобессергеновка. Играет веселая музыка. В небе со свистом пролетает самолет, мальчик лет четырех, испугавшись звука, прячется за скамейку.

– Не бойся, — успокаивает его мама. — Все хорошо, — гладит по голове.— Это он уже почти перестал бояться, раньше было намного хуже, — объясняет она.

Добежать до Беглицы Далее в рубрике Добежать до БеглицыВ Ростовской области вводится режим ЧС из-за большого количества украинских беженцев Читайте в рубрике «Титульная страница» Путин ответилОтветы на самые актуальные вопросы, которые задали президенту, читайте на Русской Планете Путин ответил

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»